В газете "Вести" была опубликована статья "КАК РАЗГРОМИЛИ ВРАГА ПОД ЛЕНИНГРАДОМ", в которой Сергей Евгеньев беседует с членом президиума Совета ветеранов Стародубцевым А.Ф.

В полном разгроме врага под Ленинградом в январе 1944 года значительную роль сыграли оперативные базы, подготовленные ленинградскими чекистами, – эта страница истории до сих пор остается в тени. Хотя бы потому, что документы, которые раскрывают эту операцию и находятся в архиве Управления ФСБ РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, еще недавно имели гриф «совершенно секретно». Своими историческими изысканиями по этой теме согласился поделиться с читателями газеты полковник ФСБ в отставке Альберт Стародубцев, автор книги «Дважды невидимый фронт. Ленинградские чекисты в тылу врага», уже многие годы занимающийся изучением роли чекистов-контрразведчиков в битве за Ленинград.

– Альберт Федорович, каково же было участие ленинградских чекистов в подготовке военной операции по полному освобождению Ленинграда от блокады?

– Материалы архива ленинградского управления ФСБ свидетельствуют, что они приняли самое активное участие в создании условий, благоприятствующих проведению операции по полному освобождению Ленинграда от блокады. Начнем с того, что сопоставим даты. 9-го и 14-го сентября 1943 года в Ставку Верховного Главнокомандования были направлены предложения Ленинградского и Волховского фронтов по проведению совместной операции. Они были утверждены, а сама операция началась, как известно, 14 января 1944 года. Двумя днями раньше, 12 января, боевые действия начали войска Северо - ­Западного фронта. О скрытности начала операции свидетельствует тот факт, что Ленинградский штаб партизанского движения получил директиву штаба Ленинградского фронта «о развертывании боевых действий партизан» только 12 января 1944 года. А что видим мы в архиве ленинградского управления НКВД того периода? С 1 по 14 сентября 1943 года 4-й (разведывательный) отдел создает три оперативные базы в тылу врага. Их задачи – развернуть диверсионную и разведывательную работу в тылу противника с таким расчетом, чтобы получить и разведывательную информацию о войсках 18-й армии, и провести диверсионные операции на основных коммуникациях.

– Что представляли собой эти оперативные базы?

– Если увязать замысел командования обоих фронтов и факт создания в сентябре 1943 года трех оперативных баз, то становится понятным, что они создавались под предполагавшиеся направления ударов по 18-й немецкой армии, то есть нанесение ударов по ее флангам, в результате чего войска фронтов должны были выйти к реке Луге, провести там разгром сил противника, снять тем самым блокаду Ленинграда и создать предпосылки для наступления на Прибалтику. Исходя из этого замысла ленинградское управление НКВД создает первую, центральную ударную базу, зоной действия которой явилась территория между Лугой и Псковом по глубине и Гдовом и Дном по ширине. Ее численный состав – 10 оперативных работников, 10 радистов и отряд прикрытия в составе 130 человек. Может показаться, что этого мало. Но стоит обратить внимание, что обычно партизанские отряды были численностью 30-40 человек. В них был, как правило, один радист. А здесь – 150 человек. Они были разбиты на девять групп по 10-13 человек, плюс радист, и во главе с оперативным работником рассредоточены в веерном порядке на значительной территории, что позволило проводить разведывательные и диверсионные операции на коммуникациях противника центрального направления удара наших войск. Все три оперативные базы были расположены в местах, труднодоступных для карательных экспедиций врага, и вместе с тем находились поблизости от его коммуникаций.

– А что можно сказать о двух других базах?

– Надо отметить, что созданные ленинградским управлением НКВД базы сами по себе не были равнозначными по составу. Если главная состояла из 150 человек, то вторая оперативная база – она действовала на Кингисеппском направлении – создавалась вообще из двух человек. В данном случае расчет делался на то, что один из них хорошо знал местные условия, людей, проживавших там, так как работал до войны в кадровом аппарате порта Усть­Луга. Вторым был радист. В октябре – ноябре база пополнилась тремя оперативными работниками и двумя радистами, один из них относился к разведывательному отделу Краснознаменного Балтийского флота. Для третьей базы была выброшена группа из девяти человек. Потом прислали еще двух работников и радиста. Обе базы сформировали боевые отряды за счет местных ресурсов.

– Немцам было известно, что к ним забрасывают диверсионно­разведывательные группы, а если да, то какие меры они принимали?

– Вообще, изучая архивные материалы, я увидел, что немцы охотились за нашими разведчиками-парашютистами. Поэтому при сборе после выброски наши группы испытывали большие трудности. Некоторые попадали в засады. Что касается доставки в немецкий тыл 150 человек и баулов со снаряжением, боеприпасами и продовольствием, то по моим подсчетам, было произведено, как минимум, пять самолетовылетов. И ведь это не просто так: ночью, на низкой высоте, над вражеской территорией. Надо было сделать таким образом, чтобы и самолет пролетел незаметно, и незаметно сбросить десант. Вот почему перед тем, как создать оперативные базы, были проведены, начиная с 1943 года, заброски разведывательно­диверсионных групп на этих трех направлениях. В результате местность была полностью изучена с точки зрения того, где десантироваться, где организовать базы, в том числе и запасные. Всего в порядке подготовки баз было заброшено 24 группы: в Псковском направлении – восемь, в Новгородском – двенадцать, в Кингисеппском – четыре.

– А партизаны знали о заброске этих оперативных баз?

– Нет, не знали. Операция была окружена завесой полной секретности. Стоит еще добавить, что в тех районах, где создавались оперативные базы, не было партизанских отрядов – они сосредоточивались в большей мере в юго-западной части Ленинградской области. Кроме того, подчеркну еще раз, операция готовилось в строжайшей тайне. И кстати, центральная оперативная база из 150 человек за все время нахождения в немецком тылу практически не понесла потерь. Все десять оперативников были опытными сотрудниками – они уже бывали в немецком тылу, выполняя различные задания. – Что же удалось сделать оперативным базам?

– Очень многое. Они доразведали немецкую оборонительную линию «Пантера». Данные о ее возведении немцами стали поступать еще в 1942 году от наших разведчиков и разведывательных групп, которые действовали на этой территории, но теперь 4-й отдел ленинградского управления НКВД получил максимально полные данные, связанные с тем, какие немецкие воинские части стоят на этой линии. Начиная с сентября 1943 года первая оперативная база передала 233 разведывательных сообщения в Ленинград, которые, естественно, были использованы командованием Ленинградского фронта. Специально сформированные группы с подключением большого числа агентов из числа местного населения проводили круглосуточный контроль за передвижением немецких воинских частей и грузов по железным дорогам Луга – Псков, Псков – Гдов, Сланцы – Веймарн. С помощью агентуры, путем опросов перебежчиков, допросов «языков» были установлены места дислокации 22 штабов и немецких войсковых частей, 40 строящихся линий обороны и узлов сопротивления, 66 гарнизонов, 17 баз горючего и автопарков, 42 складов боеприпасов и продовольствия. В результате проведенной диверсионной работы было пущено под откос 13 эшелонов с живой силой и техникой противника, подорвано 10 железнодорожных мостов.

– А что удалось сделать второй и третьей оперативным базам?

– Вторая оперативная база, действовавшая в Кингисеппском районе, за период с сентября 1943 года создала из местных жителей и служащих немецких гражданских органов управления агентурный аппарат в количестве 76 человек для получения разведывательной информации. Провела работу по разложению вражеских гарнизонов. Выводила из немецких лагерей наших военнопленных, из которых, наряду с местными жителями, был организован партизанский отряд, приступивший к активным диверсионным действиям. Для подавления базы немцы бросили карателей. Из 4-го отдела накануне операции «Нева» поступило указание: «Активных действий не вести (то есть не втягиваться в боевые действия). Работать только для сохранения базы и разведки». Последним заключительным аккордом, подведшим итог деятельности базы, явилось выполнение задания о скрытной проводке батальона 48-й отдельной морской бригады к Усть­Луге. Внезапный удар моряков с тыла ускорил освобождение Кингисеппского района, и с ним в середине февраля 1944 года закончилась деятельность оперативной базы.

Что же касается третьей оперативной группы, то началом ее создания стало десантирование в Солецком районе в ночь на 14 сентября 1943 года разведывательно­диверсионной группы «Расплата» в составе девяти человек. К середине декабря в составе базы находилось уже 216 человек, в том числе 102 бойца из числа военнопленных, бежавших из немецких лагерей, 64 перебежчика из Русской освободительной армии Власова и 40 местных жителей. Затем из-за перенасыщенности личного состава ее большую часть передали в 5-ю партизанскую бригаду. За время существования этой оперативной базы, по февраль 1944 года, было совершено 26 диверсий на железных дорогах, взорвано 5 мостов и даже найден, отремонтирован и отправлен в советский тыл самолет, совершивший вынужденную посадку.

– Как уже говорилось, согласно планам нашего военного командования, в результате фланговых операций требовалось провести окружение 18-й немецкой армии и разгромить ее. Но ведь эти планы не удалось реализовать в полной мере. Немцам удалось избежать окружения, они смогли избежать разгрома 18-й армии и отвели основные ее части с линии «Пантера»

– Да, были просчеты у военных. На новгородском направлении запоздали с наступлением. Недостаточно своевременными оказались темпы продвижения войск. Враг ожесточенно сопротивлялся, на оборонительных сооружениях «Пантера» шли сильные бои, хотя наши разведчики и передали войсковым командирам схемы расположения немецких войск на этой линии. Я бы так сказал: одно дело – намереваться, другое – реализовать. Это все­таки война, тут все предусмотреть невозможно. Именно поэтому следует считать заслугой ленинградских чекистов то, что созданные ими оперативные базы внесли значительный вклад в успешное проведение наступательной Ленинградско­Новгородской операции, продолжавшейся с 12 января по 1 марта 1944 года, завершившейся изгнанием врага с территории Ленинградской области.

Интервью подготовил Сергей ЕВГЕНЬЕВ

 

e-max.it, posizionamento sui motori

 

 

Случайное изображение - ВИДЫ ПЕТЕРБУРГА

Piter.jpg