Организация ветеранов
Организация ветеранов нашего Управления была создана 24 января 1967 года. В нее вошли бывшие сотрудники органов государственной безопасности, военной контрразведки и пограничных войск. Это преданные делу служения Родине профессионалы, честные, мужественные, верные долгу и присяге чекисты.

16 и 17 сентября 2011 года в Порхове проходили 12-е краеведческие чтения. В них приняли участие ученые Санкт – Петербургского государственного учреждения культуры «Музей семьи Рерихов», Санкт – Петербургского института гуманитарного образования, государственных университетов - Новгородского им. Ярослава Мудрого, Псковского педагогического, Смоленского, Саратовского; представители Псковского областного Совета Союза краеведов России, региональной общественной организации «Новгородское общество любителей древности», Российской ассоциации реставраторов; сотрудники Государственного архива Псковской области, Санкт – Петербургского паломнического центра «София», а также краеведы, искусствоведы и музейные работники. Нашу организацию представлял член Президиума Совета ветеранов, почетный сотрудник госбезопасности,
полковник в отставке А.Ф. Стародубцев.

Чтения проходили под эгидой Управления культуры и Администрации Порховского района и Порховского краеведческого музея. Было заслушано 23 сообщения, в которых раскрывались основные этапы градостроительного и исторического становления Порховского края, включая период Великой Отечественной войны.

На близкую нам тему сохранения памятников и монументов погибшим в годы Великой Отечественной войны патриотам нашей Родины сообщение сделала Ушакова Валентина Михайловна, заведующая отделом каталогизации Санкт – Петербургского государственного музея политической истории России, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры РФ. В ее выступлении сообщалось о памятнике вблизи деревни Старище разведчику Ленинградского Управления НКВД Мальцеву Валентину Михайловичу, геройски погибшему в 1943 году при выполнении специального задания в тылу противника.

С сообщением «Первый этап битвы за Ленинград (1941 год) и ее чекистская (Управления НКВД ЛО) составляющая» выступил член Президиума Совета ветеранов УФСБ РФ по г. Санкт – Петербургу и Ленинградской области, полковник в отставке Стародубцев Альберт Федорович. В его сообщении использовался документ из партархива, к которому никто никогда не обращался – «План», утвержденный Г.К. Жуковым 29 сентября 1941 года, в котором содержатся установки Ленинградскому Управлению НКВД.



В.М. Ушакова и А.Ф. Стародубцев

Далее мы разместили тексты выступлений Ушаковой В.М. и Стародубцева А.Ф. на конференции в Порхове.

 

Ушакова В.М., заведующая отделом каталогизации Государственного музея политической Истории России. Кандидат исторических наук. Заслуженный работник культуры РФ:

История одного памятника

Проблемы культуры памяти в современном обществе все чаще становятся предметом обсуждения не только философов, историков, социологов, но и политиков, педагогов, религиозных деятелей, музейных работников, что объясняется большой опасностью для социума утраты данной культуры.

С этой точки зрения изучение и восстановление мемориальных кладбищ – один из наиболее эффективных способов преодоления возникшего сегодня в обществе некоторого отчуждения от общего прошлого, а также – важный инструмент в организации патриотического воспитания граждан.

Сохранение мемориалов от разрушения временем, посягательств вандалов и забвения имеет огромное значение для функционирования коллективной памяти, ибо речь идет о сохранении системы «опорных точек» исторического мышления.
Именно с таких позиций следует рассматривать и воинские захоронения периода Великой Отечественной войны.

Однако воинские мемориалы – это не только память о событии, это и память о человеке. Поэтому деятельность историков, краеведов по поиску и публикации имен павших крайне необходима для преодоления символической обезличенности братских могил.

Рассмотрим все эти положения на примере одного из таких захоронений в Порховском районе – мемориала у деревни Старище. Сегодня человек, подошедший к обелиску, может увидеть на нем лаконичную надпись: «Радист-разведчик Мальцев Валентин Михайлович, 1924-1943гг. Здесь похоронено 17 воинов и партизан, погибших в годы Великой Отечественной войны 1941-1945гг.»

25 августа 1943г. в соседней со Старищами деревне Петрово, прикрывая отход товарищей, разведчик Ленинградского фронта Валентин Михайлович Мальцев вступил в неравный бой с полицаями и погиб.
18 августа ему исполнилось 19 лет. После войны могилу сына разыскал отец – ленинградский ученый-лингвист М.Д. Мальцев.

История подвига Валентина Мальцева хорошо известна жителям района. Нашла она отражение в художественной и научной литературе.
В 1958 – 1959гг. в Ивановском издательстве вышли две документальные повести А.М. Эвентова о жизни Валентина Мальцева, написанные на основании его писем и дневников, воспоминаний родственников. А.М. Эвентов первым рассказал о трагических событиях августа 1943г. в порховской деревне Петрово. Книги были предназначены для детей среднего и старшего школьного возраста и давно уже стали библиографической редкостью.1
В 1960г. газета «Порховская правда» поместила в одном из своих номеров отрывок из книги А.М. Эвентова «Верный сын».2

Через три года в Калининграде был подготовлен сборник повестей и рассказов «Чекисты» в двух томах. Во втором томе напечатана повесть белорусского писателя и журналиста А.Е. Миронова «Одно дело Зосимы Петровича», где автор познакомил читателя с работой калининградского следователя по разоблачению убийц разведчика В.М. Мальцева, скрывавшихся в послевоенных Эстонии и Калининграде. Повесть неоднократно переиздавалась. В 1970г. она вошла в двухтомник произведений автора, а в1989г. вышла в серии «Библиотека приключений и фантастики».3

Несколько изданий выдержал и сборник «Говорят погибшие герои. Предсмертные письма борцов с фашизмом», где помещены два письма Валентина, написанных отцу, матери и сестре 14 и 16 марта 1943г. перед отправкой в немецкий тыл.4

Серьезным научным изданием стала книга А. Ф. Стародубцева «Дважды невидимый фронт», где на основании уникальных архивных документов проанализирована деятельность разведгрупп на Ленинградском фронте, в том числе и группы «Псковичи», куда входил В.М. Мальцев.5

Такова на сегодняшний день библиография подвига ленинградского разведчика В.М. Мальцева, который он совершил на порховской земле.

Создание старищенского мемориала началось в 1947г. 18 февраля 1946г. вышло Постановление СНК СССР № 405-165с «О благоустройстве могил воинов Красной Армии, партизан, погибших в боях Великой Отечественной войны 1941-1945гг., и о надзоре за их состоянием». Оно обязывало руководителей Советов всех уровней совместно с военкоматами взять на учет существующие могилы погибших в боях и умерших от ран, их благоустроить, а индивидуальные могилы, по возможности, перенести в братские, или на ближайшие военные и гражданские кладбища.

В ходе выполнения этого указания и появилось братское захоронение у деревни Старище. Впервые о нем рассказала газета «Порховская Правда» в 1949г. в статье М.Д. Мальцева «Превратим братские могилы в культурные уголки района». Вот её текст:

«Общественность Старищенского сельсовета организовала в деревне Старищи братское кладбище героев Великой Отечественной войны. Возникло оно около могилы партизана – радиста ленинградца Валентина Мальцева, изменнически убитого в августе 1943г. предателями Родины –полицаями. Труп партизана – радиста был зарыт ими в песке. В 1945г. останки партизана были перезахоронены около хорошо известного всем местным жителям большого камня между деревнями Старище и Высоцко. В 1947г. сюда же были перенесены останки и других партизан и бойцов Советской Армии, погибших на территории Старищенского сельсовета. Возникло братское кладбище. Общественностью сельсовета были устроены могилы, сделана ограда, посажены деревья.

В этом году благоустройство пошло дальше: на кладбище установлен красивый памятник-обелиск из камня, устроены каменные надгробия, спланирована кладбищенская площадка. Активность старищенской общественности в этом отношении должна стать предметом для подражания общественности других сельсоветов района. Повсеместно нужно заняться благоустройством братских и отдельных могил героев Великой Отечественной войны. Они должны включить работу по уходу за могилами советских воинов в план своей общественной работы и добиться превращения мест погребения в самые культурные уголки района. М. Мальцев – старший научный сотрудник Института русского языка Академии наук СССР».6

К памятнику ежегодно приезжали родные В.М. Мальцева, сюда приходили учашиеся школ Порхова и Порховского района, о нем заботились жители близлежащих деревень.

Об одном из летних походов его участники в 1959г. рассказали на страницах районной газеты. На автобусе ребята доехали до мельницы Талец, а дальше на пароме перебрались через Шелонь и направились в Хрычковскую семилетнюю школу, где встретились с её директором Федором Яковлевичем Лазуниным и учениками. Из Хрычково единым отрядом пошли в Старище на братскую могилу. «В ней похоронены 12 неизвестных советских воинов и прах Валентина Мальцева. У могилы встретили местных крестьян. Две колхозницы рассказали нам все, что знали о гибели Валентина. Особенно понравился рассказ Н.М. Ивановой. В книге Эвентова «Верный сын» рассказывается о том, как она угощала партизан молоком, предупредила их об опасности». От местных жителей ребята узнали о смертельном ранении и гибели разведчика.7

Из этого сообщения следует, что в братском захоронении на 1959г. числилось 13 человек.

По поводу количества людей, которые нашли последний приют в мемориале д. Старищи, сегодня существует несколько данных. В 1959г. – в районной газете указано 13 человек. Сегодня - на табличке, которую можно увидеть на памятнике, написано, что вместе с В.М. Мальцевым там находится 18 человек. В «Учетной карточке воинского захоронения», составленной в 1992г., говорится о 23 погребенных. Там же даются сведения, что перезахоронения проходили в 1953г. из деревень Старище, Березка, Арбузово, Замогилье, Александровка, Стебурда, Росстани, Устье, Замосковье, Б.Каменка, Старое село, Высоцко, а памятник установлен в 1989г. Кроме того, в «Учетной карточке» имеется список 23 бойцов.8

Из него можно узнать фамилию, имя, отчество, воинское звание, год рождения и дату гибели. На официальном же сайте Порховского района говорится о 26 бойцах и установлении памятника в 1951г. Таким образом, анализ доступных автору источников показал, что данные о захоронении во многом расходятся.
Кроме того, сведения, занесенные в «Учетную карточку воинского захоронения», нуждаются в корректировке.

Во-первых, сегодня в Интернете помещен обобщенный банк данных о погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и в послевоенный период («Мемориал. Электронный архив»). В нем собраны оцифрованные списки, хранящиеся в Центральном архиве Министерства Обороны (ЦАМО), где есть и сведения о годе и месте рождения (год не всегда указан в карточке), месте гибели, сведения о родных, месте и дате призыва.
Во-вторых, уже нет Любоежской школы, которая значится в графе «Кто шефствует над захоронением».

С момента составления «Учетной карточки» в 1992г. прошло почти 20 лет. За это время опустели близлежащие к мемориалу деревни и заросли дорожки к памятнику. Пока существовала Любоежская школа, её ученики с педагогами по мере сил поправляли, пропалывали, ухаживали за мемориалом. На помощь иногда приходили воспитанники других школ. Однако детских сил становилось все меньше.
Но Провидению было угодно, и с конца 2010г. ситуация понемногу стала меняться.
Наступило время «собирать камни».

Не все складывалось гладко на пути поиска возможности возрождения мемориала. Работа велась параллельно: и в Петербурге, и в Порхове.
Прежде всего, нужно было дополнить информацию о том, кем был Валентин Мальцев, живы ли его родные, кто может придти на помощь зарастающему памятнику. Первыми в Санкт-Петербурге отозвались заведующая филиалом «История политической полиции» Государственного музея политической истории России Л.В. Михайлова, которая помогла связаться с А.Ф.Стародубцевым - автором книги «Дважды невидимый фронт», и проректор по научной работе Санкт-Петербургского университета культуры и искусств, профессор О.Б. Кох, поделившаяся сведениями о сестре В.М.Мальцева И.М.Мальцевой и её дочери Т.С. Валуйской, проживающими в Петербурге.

Татьяна Сергеевна и Альберт Федорович сразу же начали действовать. А.Ф. Стародубцев предоставил уникальную историческую информацию о причинах появления разведгруппы «Псковичи» в Порховском районе и событиях, предшествовавших её созданию. Кроме того, он с искренним сочувствием отнесся к сложившейся ситуации, привлек к ней внимание своих коллег из Совета ветеранов Управления ФСБ РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. В музее Управления имеются материалы разведчика В.М. Мальцева, не вернувшегося с боевого задания.

Татьяна Сергеевна взяла на себя переговоры с Порховской администрацией. Её ожидало немало сюрпризов. Один из них – предложение перенести могилу поближе к районному центру, что означало окончательное исчезновение мемориала, т.к. в этом случае прах отважного разведчика родственники намеревались перенести в Санкт-Петербург.
За сохранение братской могилы на прежнем месте выступили депутаты районного и областного Собраний. Областная администрация выделила 80 тысяч рублей на ремонтные работы в 2012г. Конкретную помощь оказал глава МУП «Совхоз «Шелонский» А. Е. Грузд. Родственники В.М. Мальцева также выразили желание оплачивать отдельные работы.

Активно включились в общее дело и представители общественных организаций г. Порхова (районное отделение Всероссийского общества охраны памятников, которым руководит Л.Т. Васильева, краеведческий клуб «Лира»), учащиеся 9 «б» класса Порховской средней школы № 1. вместе с классным руководителем Т.А. Васильевой. Их выезды на расчистку мемориала весной и летом 2011г. позволили придать ему более достойный вид. Об этом дважды в августе этого года писала районная газета.9

В 2012г. братскому захоронению в деревне Старище исполняется 65 лет, а через год, в 2013г., - 70 лет со дня гибели ленинградского разведчика Валентина Мальцева. Восстановление памятника станет лучшим свидетельством того, что не «прервалась связь времен» и прошлое живыми не забыто.

«…И земляки солдатские,
Когда в поля пойдут,
Могилы эти братские
Не вспашут, обойдут…

… И, если чудо сбудется
В далекие года,
Война людьми забудется,
Землёю – никогда»10

Примечания

1. Эвентов А.М. Верный сын. Иваново. 1958г.; его же. Счастье – жить вечно. – Иваново. 1959г.
2.«Порховская правда» 1960г., 30 октября.
3. Чекисты. Сборник повестей и рассказов в 2-х тт., т.2,- Калининград, 1963г.; Миронов А. Е. Произведения в 2-х тт., т.1, - Минск, 1970г.; Крижевич В.И. Остров на дне океана. Миронов А.Е. Одно дело Зосимы Петровича. – Минск, 1989г.
Миронов Александр Евгеньевич (1910–1992) – журналист, писатель. Моряк, участник спасения челюскинцев, работал в газетах «Правда Севера» и «Моряк Севера», в годы Великой Отечественной войны служил на Северном флоте.
4. Говорят погибшие герои. Предсмертные письма борцов с фашизмом. – М., 1973г.
5. Стародубцев А.Ф. Дважды невидимый фронт. Ленинградские чекисты в тылу врага. - М.,2010г.
6. "Порховская Правда" от 29 сентября 1949г.
7. "Порховская Правда" от 7 июня 1959г.
8. Автор выражает искреннюю признательность Стародубцеву Альберту Федоровичу за предоставленную копию документа.
9.Порховская Правда, 3 и 10 августа 2011г.
10. Отрывок из стихотворения М. Алигер «Братские могилы», написанного в 1945г.



А.Ф. Стародубцев, член Президиума Совета ветеранов Управления ФСБ по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, почетный сотрудник госбезопасности, полковник в отставке:

Чекистская составляющая первого этапа битвы за Ленинград

900 - дневная битва за Ленинград развернулась с вступлением 4-го июля 1941 года войск немецкой группы армий «Север» в пределы Ленинградской области и в связи с угрожающими боевыми действиями двух финских армий на Карельском перешейке и на северном побережье Ладожского озера после объявления Финляндией 26 июня 1941 года войны против Советского Союза. Ее самым сложным и изнурительным был 1-ый этап, потребовавший мобилизации сил всех трудящихся города и области.

Организаторами подъема населения на решительное сопротивление противнику были три структуры – Ленинградские Обком и Горком ВКП (б), Управление НКВД Ленинградской области и командование фронтов, которые оказывали ожесточенное сопротивление немецким войскам на Северо – Западном театре военных действий. Ими были сначала Северный, разделенный 24 августа на Ленинградский и Карельский, и созданный 10 июля 1941 года Северо – Западный фронты. Каждая из этих структур имела свои задачи, объединенные одной целью - не допустить взятия противником Ленинграда и его дальнейшего продвижения в сторону Вологды для нанесения удара по Москве с севера.

Если в первые дни после гитлеровского нападения на Советский Союз реальность такого развития событий казалась немыслимой, то с продвижением немецких войск за 12 дней от западных границ нашей страны до границы Ленинградской области четко обозначилась катастрофичность ситуации, требовавшей принятия экстренных мер каждой из трех структур в отдельности и вместе взятыми.

Начато было с того, что Ленинградский военный округ 24 июня 1941 года был преобразован в Северное направление – Северный фронт, который занял стратегически важные рубежи в области, в частности, Лужский рубеж и Кингисеппскую фронтовую полосу, где организовал оборонительные бои, серьезно измотавшие противника и задержавшие его наступательный порыв к Ленинграду. Немецким армиям группы «Север» потребовалось 54 дня, чтобы дойти до Ленинграда, но они оказались неспособными взять его сходу и были вынуждены после захвата 8-го сентября Шлиссельбурга перейти к его блокаде.

Первым направлением деятельности Управления НКГБ Ленинградской области в самом начале войны явилась исключительно важная совместная с партийными органами работа по созданию и использованию истребительных батальонов.
25 июня Ленинградские Обком и Горком ВКП (б) во исполнение постановления СНК СССР от 24 июня приняли постановление «О формировании истребительных батальонов для борьбы с воздушными десантами и диверсантами противника в прифронтовой полосе», которым обязали первых секретарей райкомов ВКП (б) создать оперативные группы с включением в них наряду с представителями НКВД (милиции) начальников райотделов Управления НКГБ ЛО для организации работы по формированию не менее одного батальона в каждом районе области.

25 июня в Ленинградские Управления НКВД и НКГБ поступил приказ НКВД СССР № 00804, предписывавший, в частности, начальникам УНКВД (милиции) Ленинградской области «совместно с начальниками оперативных групп и органов НКГБ в 24 часа организовать при городских, районных и уездных отделах (отделениях) НКВД истребительные батальоны по борьбе с парашютными десантами и диверсантами противника численностью в 100 – 200 человек» и порядок их использования. Руководителям областных подразделений УНКГБ ЛО надлежало войти в состав создаваемых оперативных групп для организации оперативно – розыскных мероприятий и задержания вражеских парашютистов и диверсантов с использованием истребительных батальонов.

Усилиями партийных органов, Управлений НКВД и НКГБ ЛО в исключительно сжатые сроки было сформировано 138 истребительных батальонов численностью от 20 до 200 человек каждый, во главе которых стояли ответственные партийные работники, кадровые офицеры РККА, офицеры – пограничники, лучшие представители милиции, в ряде случаев - руководители областных подразделений УНКГБ ЛО.

Одна из главных задач деятельности истребительных батальонов сформулирована в 9-м пункте приказа, которым определялась необходимость взаимодействия партийных органов и Управлений НКВД и НКГБ ЛО:

"9. Начальники истребительных батальонов выделяют в районе своей деятельности наиболее важные промышленные предприятия, железнодорожные сооружения, электростанции, мосты и другие объекты, могущие быть подвергнутыми нападению со стороны парашютных десантов и диверсантов противника, и принимают необходимые меры для усиления охраны и наблюдения за этими объектами».

Нагрузка по 9-му пункту сдвинута в сторону подразделений НКВД (милиции) в силу того, что при разъединении в феврале 1941 года в Центре и на местах в НКГБ экономические и транспортные отделы были ликвидированы и восстановлены только 8-го августа 1941 года, - уже после того, как 20 июля НКВД и НКГБ снова вошли в единую структуру.

Истребительные батальоны были новым направлением в деятельности НКВД и НКГБ, поэтому приказ четко регламентировал все стороны работы по их формированию и целевому использованию, вплоть до количества пулеметов и связей с пионерскими организациями. Однако приказ не мог предусмотреть действий истребительных батальонов при отступлении наших войск, вместе с которыми они участвовали в боевых действиях, и, как следствие, поначалу батальоны отходили вместе с ними, пока не было принято решение оставаться в тылу противника и переформироваться в партизанские отряды .

Вторым направлением в деятельности Управления НКГБ ЛО с первых дней войны явилась работа во взаимодействии с Ленинградскими обкомом и горкомом ВКП (б) по формированию партизанских отрядов и созданию нелегальных подпольных групп в Ленинграде и на территории, угрожаемой противником.
Для решения этой задачи в обеих структурах были выделены лица, ответственные за ее проведение. В Обкоме ВКП (б) - секретарь Бумагин Г.Х. и зав. военным отделом Алексеев М.Ф. В Управлении НКГБ ЛО - начальник разведывательного отдела Кожевников Л.И. По форме их действия отличались, но содержание работы было одинаковым. Она базировалась на высоком энтузиазме и глубоком патриотизме трудящихся города и области, абсолютное большинство которых пребывало в убеждении, что враг вскоре будет остановлен и пойдет вспять.

В этом отношении показательными могут являться два партизанских отряда, сформированные обкомом и Управлением НКГБ почти одновременно.

С 27-го июня в Ленинградском Балтийском морском пароходстве формированием 55-го партизанского отряда наряду с РК ВКП (б) Кировского района непосредственно занимались начальник разведывательного отдела Управления НКГБ ЛО Кожевников Л.И. и его заместитель Сахаровский А.М., ставший в последующем заместителем Председателя КГБ и начальником ПГУ (внешняя разведка), а также их подчиненный Липовский.

Одним из участников 55-го партизанского отряда был электрик БМП Пенкин Алексей Николаевич, обучавшийся тогда на вечернем факультете мореходного училища имени Макарова, ныне здравствующий в свои 96 лет. С его слов, толчком к реализации патриотического порыва явилось выступление представителя УНКГБ ЛО Сахаровского А. М. в здании пароходства на Двинской улице перед служащими и рабочими порта с призывом к добровольному вступлению в формируемые отряды сопротивления. Из добровольцев отдел кадров БМП сформировал отряд в 50 человек, которые в течение 7-ми дней прошли ускоренную подготовку по стрелковому делу, основам минирования, умению читать топографическую карту и пользоваться компасом. Ранним утром 3-го июля на 2-х автомашинах, груженных оружием, боеприпасами и продовольствием, они выехали к месту назначения между Кингисеппом и Лугой. Руководителем отряда был Хирхесов, помощник капитана дальнего плавания.

На месте они развернули основную и временную базы, распределили оружие и боеприпасы и до подхода немцев, разбившись на несколько групп, проводили прочесывание местности для задержания подозрительных лиц, которых сразу передавали командиру отряда для принятия решения.
Оказавшись в немецком тылу, бойцы отряда находили в лесах красноармейцев, отставших при отступлении воинских частей. В одном случае вывели за линию фронта на нашу сторону порядка 150-ти военнослужащих.
Отряд провел ряд удачных боевых и диверсионных операций, в результате чего было подбито несколько танков, уничтожены легковая автомашина с ехавшим в ней немецким офицером в сопровождении 2-х мотоциклистов, штаб немецкого гарнизона недалеко от деревни Старицы.

Находившийся в отряде радист обеспечивал поддержание связи с командованием Ленинградского фронта, передачу собранной разведывательной информации и получение очередного задания.
В наш тыл бойцы отряда вышли в начале сентября 1941 года в полном составе на участке Северо – Западного фронта, имея только несколько раненых. Пенкин с двумя другими бойцами и радистом был зачислен в разведывательно – диверсионную группу 4-го (разведывательного) отдела УНКВД ЛО. С окончанием войны он работал в Управлении по обслуживанию объектов водного транспорта, а в 50-х годах использовался по линии внешней разведки в Австрии.

В те же июньские дни партийными органами формировался из студентов и преподавателей института физической культуры им. Лесгафта 1-ый добровольческий партизанский отряд. Преамбула приказа штаба Ленинградского военного округа № 005 от 29 июня 1941 года об его сформировании «силою в 300 человек в составе 12 групп» отражала общий настрой, характерный для многих советских граждан, считавших успехи немецких армий временными и веривших в изменение ситуации в ближайшие дни. Поэтому 2-й параграф приказа начинался так:

«C целью предотвращения развития дальнейшего прорыва немецких механизированных сил и их последующей ликвидации до полного разгрома приказываю:

а) 1-му партизанскому добровольческому отряду 29 июня с. г. в 2. 00 часа на автомашинах выступить из Ленинграда, следуя по маршруту Ленинград – Луга – Струги Красные. К 18. 00 сосредоточиться в следующих районах: группа № 1 Слобода; группа № 2 сев. - вост. Пскова в 5 км; группа № 3 Петрово – Терехово; группа № 4 Марамор; группа № 5 Вошково; группа № 6 Заречье; группа № 7 Кочерицы; группа № 8 Панфиловка; группа № 9 Похонь; группа № 10 Лудони; группа № 11 Чадковицы; группа № 12 Заполье.
б) …

Приказ примечателен тем, что в ниже следующем пункте «в» по существу излагается инструкция о порядке действий в тылу противника и мерах по самосохранению, что было особенно важно для участников партизанских отрядов и групп, которые, как правило, не имели должной военной подготовки. Приказом предписывалось:

в) При обнаружении противника в районах своего расположения группы приступают к активным боевым действиям путем совершения мелких диверсий – выведения из строя бронебойными пулями двигателей машин, водительского состава, нападения на одиночно следующие машины и их уничтожения, захвата документов у связных - посыльных мотоциклистов и пр. – внести панику в двигающиеся части противника, заставить на каждом шагу задерживать темп движения, особенно в результате нарушения дорожных сооружений – мостов, гатей и создания искусственных препятствий – завалов, минирования, поджогов танков и др.

г) При обнаружении крупных сил противника через местные партийные и советские организации добиться привлечения всего местного населения – колхозников, служащих и рабочих, коих использовать на создании в широком масштабе искусственных препятствий – завалов, волчьих ям, рвов и пр.

По получении сведений о противнике и районах его продвижения необходимо срочно молнировать в центр о районах сосредоточения, численном составе машин (танков) и направлении следования колонн. Связь по радио два раза в день».

Под приказом стоит подпись зам. начальника штаба ЛВО комбрига Евстигнеева П.П.

Большинство представителей ленинградских физкультурников с честью выполнили возложенную на них задачу. Вместе с тем, со стороны немалого числа студентов - лесгафтовцев имели место случаи предательства.

Третьим, не менее важным направлением в деятельности Ленинградского Управления НКГБ ЛО в последние июньские дни явилась работа по выполнению решения Ленинградского горкома партии и постановления Военного Совета Северного фронта от 27 июня 1941 года о формировании дивизий народного ополчения. К 14 июля были сформированы первые три дивизии общей численностью в 31 тысячу человек, которые вошли в состав Лужской оперативной группы и приняли участие в отражении ударов немецких войск на Лужском и Кингисеппском рубежах.

Ленинградское Управление направило в особые отделы дивизий 52 сотрудника – добровольца. Всего в армию Народного ополчения Ленинградское Управление командировало 200 человек. 23 сентября дивизии Народного ополчения были реорганизованы в соединения Красной Армии, и сотрудники Управления, состоявшие в Особых отделах, перешли в органы военной контрразведки, которые отдельно от народного ополчения получили пополнение из Ленинградского Управления в количестве 600 оперативных работников.

Вторжение 4-го июля передовых немецких частей 4-ой танковой группы в Ленинградскую область, овладение ими 5-го июля гор. Островом, 9-го июля – Псковом резко обострило военную ситуацию. Требовались новые, эффективные меры по воспрепятствованию дальнейшему продвижению противника.
Одной из таких мер, вытекающий из Постановления ЦК ВКП (б) «Об организации борьбы в тылу германских войск» от 18 июля 1941 года, явилось решение бюро Ленинградских Обкома и Горкома ВКП (б) от 25 июля 1941 года «О формировании партизанских отрядов . Предусматривалось сформировать к 29 июля в Ленинграде и области 300 партизанских отрядов. Ответственность за выполнение постановления возлагалась на военные отделы обкома и горкома (Алексеев и Павлов) и Военный совет армии народного ополчения (Антюфеев – зав. орготделом ГК ВКП (б)). В приложении к решению определялось, что "руководство отбором осуществляется районной комиссией в составе: секретарь РК ВКП (б), секретарь РК ВЛКСМ, председатель райисполкома, райвоенком и райотдел НКВД".

В справке военного отдела Ленинградского обкома ВКП (б) о количестве и численности партизанских отрядов, сформированных в районах Ленинграда в августе – сентябре 1941 года, дается статистика по 13-ти районам города, где при непосредственном участии оперативного состава чекистов был сформирован 191 отряд с общей численностью порядка 6430 человек. Из них в тыл противника были направлены 67 отрядов в количестве 2880 человек. Это без учета 6 партизанских полков армии народного ополчения численностью в 800 – 1200 человек, в конечном итоге не вошедших в ее состав.

На неоккупированной территории области Тихвинского региона усилиями партийных аппаратов и областных межрайотделов – райотделов НКВД сформировано 158 партизанских отрядов общей численностью в 12 тыс. человек. В состав некоторых партизанских отрядов как уполномоченные НКВД вошли 59 оперативных работников.

В оккупированных и частично оккупированных районах области партийные руководители во взаимодействии с оставшимися в тылу противника в большинстве случаев в полном составе областными подразделениями Управления НКВД сформировали порядка 40 партизанских отрядов численностью около 2-х тыс. человек.

Партийные руководители и председатели райисполкомов и их заместители, как правило, становились командирами партизанских отрядов. В ряде случаев командирами отрядов были назначены начальники межрайотделов – райотделов Управления, что имело место в Гдовском , Плюсском, Залучском, Поддорском и других районах области. Из-за отсутствия в отрядах средств связи в Ленинград с трудом проходила информация об их существовании и боевых действиях, и только с созданием 27-го сентября 1941-го года Ленинградского штаба партизанского движения во главе с секретарем Обкома ВКП (б) Никитиным М.Н. и путем посылки партийно – оперативных групп в места предполагаемых партизанских действий стали налаживаться контакты с ними. С этого времени ЛШПД приступил к руководству всем партизанским движением, без снятия этой задачи с Ленинградского Управления.

Первая попытка преодолеть разобщенность в руководстве и использовании партизанских отрядов, когда этим занимались Ленинградский обком, Управление НКВД, командование Северного фронта, была предпринята в конце июля 1941 года. Начальник разведывательного отдела штаба Северного фронта комбриг Евстигнеев П.П. 1-го августа 1941 года представил на утверждение начальнику штаба СЗФ генерал – майору Д. Никишеву «План действий партизанских отрядов по срыву наступательной операции противника на Кингисеппском и Лужском направлениях».

В соответствии с утвержденным планом в операции участвовало 27 партизанских отрядов, перед каждым из них была поставлена конкретная задача боевых и диверсионных действий по разрушению коммуникаций, используемых противником для доставки людской силы и техники, по уничтожению штабов немецких воинских частей, баз горючего и боеприпасов. В Кингисеппской операции участвовало 2300 партизан, в Лужском направлении действовало 1800 партизан. Главный удар они нанесли по тылам 41-го и 56-го моторизованных корпусов 4-ой танковой группы. Партизаны уничтожили 8 баз горючего, штаб 41 моторизованного корпуса в Лядах, порядка 200 автомашин на дорогах, разгромили 2 аэродрома, взорвали несколько мостов. Если принять во внимание, что выполнение плана составило порядка 30 процентов, то результат надо признать вполне удовлетворительным, хотя решить задачу остановить продвижение немецких войск к Ленинграду не удалось.

Следует отметить, что активно действовали в обозначенный период партизанские отряды, возглавляемые начальниками Плюсского райотдела Ефремовым Николаем Ивановичем, Гдовского райотдела Пашкиным Василием Андреевичем, старшим оперуполномоченным Красногвардейского райотдела Копыловым Александром Михайловичем. Их суммарная боевая и диверсионная деятельность отмечена следующими показателями: убито 228 немецких солдат, пущено под откос 8 воинских эшелонов, мотовоз с несколькими платформами, подбито 6 танкеток, 2 бронемашины, 13 автомашин, взорвано 6 мостов, уничтожен склад боеприпасов, выведен из строя железнодорожный путь. За выполнение специальных мероприятий в тылу противника каждый из них награжден орденом Красного Знамени.

Важное место в деятельности Ленинградского Управления занимали поручения, вытекающие из «Плана организации связи и руководства партизанскими отрядами Ленинградской области»6. План был составлен 29 сентября 1941 года Ленинградским штабом партизанского движения и подписан входившими в его состав Никитиным М.Н., секретарем Ленинградского обкома ВКП (б), начальником ЛШПД, Кубаткиным П.Н., начальником УНКВД ЛО, Евстигнеевым П.П., начальником разведывательного отдела штаба Ленинградского фронта и Алексеевым М.Ф., зав. военным отделом обкома, начальником оперативного отдела ЛШПД.

Высокий уровень значимости «Плана» и обязательности его выполнения диктовался крайне сложной военной ситуацией, когда Ленинград был на грани падения. Все имеющиеся силы собирались в один кулак. Поэтому «План» был утвержден командующим Ленинградским фронтом генералом армии Жуковым Г.К., членами Военного совета секретарем ЦК ВКП (б) Ждановым А.А. и секретарем Ленинградского Горкома ВКП (б), дивизионным комиссаром Кузнецовым А.А. «Планом» предусматривались боевые и диверсионные операции партизан на главных направлениях наступательных действий немецких войск, командование которых пыталось путем успешного продвижения на северо – восток соединиться с частями 2-х финских армий по западному и восточному берегам Ладожского озера и образовать таким образом второе блокадное кольцо вокруг Ленинграда. При этом город лишился бы последней связи со страной по железной дороге Вологда – Тихвин – Волхов – Войкобало.

В «Плане» содержались два позиции, непосредственно относящиеся к деятельности Ленинградского Управления НКВД и его запасного пункта, разместившегося в первых числах сентября в Тихвинском неоккупированном регионе. Его возглавлял заместитель начальника Управления майор ГБ Макаров М.П. В частности, 4-ый пункт гласил:

«Для связи с партизанскими отрядами, организации и формирования новых партизанских отрядов в северо – восточных районах Ленинградской области организовать в Тихвине оперативную группы в составе работников Обкома ВКП (б) и УНКВД ЛО, которой предложить сформировать в 5- дневный срок и направить в районы Мга – Тосно - Чудово до 10 отрядов общим количеством в 350 человек». Исполнителями определялись Алексеев, зав. военным отделом обкома и Кожевников, начальник 4-го (разведывательного) отдела Управления НКВД ЛО.

К реализации по существу указания Жукова Г.К., который 11-го сентября принял командование Ленинградским фронтом с твердым намерением отстоять Ленинград, подключились все наличные оперативные силы возглавляемого Макаровым аппарата.
По партийной линии в Тихвин для решения поставленной задачи с группой работников прибыл секретарь обкома Бумагин Г.Х., в июле занимавшийся организацией в немецком тылу подполья и партизанских баз, со 2-го августа по решению бюро обкома возглавивший тройку по руководству партизанским движением в районах Ленинградской области, занятых противником. В Тихвин Бумагин Г.Х. был командирован для организации работы в северо – восточном регионе, включен в состав Военного совета 54 армии и в штаб обороны города.

В результате совместных усилий Бумагина Г.Х. и Макарова М.П. к назначенному «Планом» сроку были созданы все десять партизанских отрядов, из них пять - заново.
Этим же пунктом «Плана» предусматривалось «сформировать в Ленинграде в течение 5-ти дней десять партизанских отрядов, а для дальнейшего развертывания боевой работы в тылу противника подобрать в течение 10 дней 1500 человек для формирования новых 40 – 50 отрядов».

«Планом» был также прописан порядок комплектования отрядов: командный состав назначался штабом ЛШПД при участии начальника УНКВД ЛО Кубаткина П.Н. Командира отряда в районах города подбирала тройка, в состав которой входил начальник райотдела НКВД, что свидетельствовало о придании роли Управления НКВД важного значения.

Вся работа по «Плану» была взята под строгий контроль Ленинградского обкома ВКП (б). Его уполномоченные при Военном совете 54 армии А.А. Гузеев и Д.Н. Трапезников 12 октября провели проверку хода его реализации и констатировали выполнение указанных позиций: «Все отряды, отправленные в тыл противника, получили конкретные задания, согласованные со штабом 54 армии, со сроком выполнения 12 – 15 дней».

Важное место в деятельности Тихвинского аппарата, связанной с выполнением «Плана», занимала оперативная группа С.Т. Хорсуна, состоявшая из сотрудников 4-го разведывательного отдела Управления НКВД. На Хорсуна С.Т. как заместителя начальника 4-го отдела ложилась ответственность за решение комплекса неотложных задач партизанского, разведывательного и диверсионного характера и, в частности, по 4-му и 2- му пунктам «Плана». Последний гласил:

«Для быстрейшего налаживания связи и конкретного руководства партизанскими отрядами провести немедленно следующие мероприятия:
…2. В районы Ленинградской области, занятые противником, направить оперативные группы обкома ВКП (б) и УНКВД ЛО и двух-трех связистов, придав каждой оперативной группе по одной рации и квалифицированному радисту.
Оперативные группы дислоцировать в районах Ленинградской области по принципу секторов:
1. Тосно - Чудово – Оредеж – Слуцк.
2. Волосово – Ораниенбаум – Красногвардейск.
3. Кингисепп – Сланцы – Осьмино.
4. Гдов – Ляды – Полна – Середка.
5. Луга – Плюсса – Батецкая.
6. Уторгош – Струги Красные.
7. Мга – Кириши.
8. Новгород – Сольцы – Шимск.

Перед оперативными группами ставится задача: руководить всей политической работой среди населения и партизанскими отрядами на территории своего сектора…».

Исполнение возлагалось на Алексеева, Кожевникова и Атрощенко. Как видно, в обоих, 4-м и 2-м, пунктах ответственным за выполнение, наряду с другими, являлся начальник 4-го отдела Управления Кожевников Л.И. В силу того, что вывод таких групп в немецкий тыл и их предвыводную подготовку обеспечивал Хорсун С.Т., Кожевников возложил на него работу по реализации пункта 2 «Плана».

Вместе с тем, Кожевников Л.И. принял деятельное участие в подготовке всех восьми оперативно – партийных групп. Особое внимание он уделил первой из них во главе с представителем Обкома Бакушевым И.П. и комиссаром - сотрудником УНКВД ЛО М.К.Зубаковым, включив в ее состав радиста – сотрудника Управления Дроздова И.Н. Кожевников сам лично отрабатывал задание, маршрут следования из Ленинграда до Малой Вишеры, где располагалась опергруппа Хорсуна С.Т., и далее в немецкий тыл в район Сольцы и Шимска.

И.П. Бакушев и М.К. Зубаков по прибытии в заданный район провели среди местных жителей агитационную работу, склонили наиболее сознательную их часть к вступлению в формируемый ими партизанский отряд, состав которого пополнили красноармейцами, в силу разных причин отставших от своих воинских частей при отступлении, и советскими военнопленными, успевшими бежать из немецких лагерей.

Заслуга руководителей отряда состояла в том, что своими боевыми действиями партизаны показали местному населению возможность и необходимость активного сопротивления немецким оккупантам.

В конце 1941 года отряд влился в состав 4-й партизанской бригады. М.К. Зубаков был назначен ее комиссаром. Дроздов И.Н. остался радистом при Зубакове. Оба погибли в боях с карателями: Зубаков М.К. – 1-го декабря 1942 года, Дроздов П.Н. – 28 января 1943 года.

Следующие четыре оперативные группы, выведенные в соответствии с «Планом» в конкретные сектора немецкого тыла, возглавлялись сотрудниками Управления.
В трех оставшихся зонах - секторах, выделенных «Планом», работа по организации оперативных групп была проведена в условиях немецкого тыла партийными руководителями в контакте с представителями райотделов – межрайотделов НКВД.
Так, в Кингисеппском секторе руководителем группы был назначен ст. оперуполномоченный Кингисеппского РО НКВД Карпов.

В Оредежском регионе функции совместной оперативной группы взял на себя штаб партизанского движения Оредежского района, возглавлявшийся секретарем РК ВКП (б) Сазановым и председателем исполкома райсовета Васильевым. В составе штаба находился начальник РО НКВД Володченко.

В секторе Белебелковского региона, где в сентябре был образован Партизанский край, работу с населением и взаимодействие со 2-ой партизанской бригадой осуществляла назначенная 10 сентября 1941 года оргтройка , которая по существу вобрала функции оперативной группы. В ее состав был введен заместитель начальника Особого отдела НКВД 2-ой партизанской бригады, сотрудник 4-го отдела Старолатко.

В соответствии с «Планом», начальник ЛШПД М.Н. Никитин 7-го октября издал приказ «О структуре штаба», которым в преддверии Тихвинской оборонительной операции утвердил под пунктом 1 создание оперативного отдела с возложениемна него "всей работы по формированию новых и доукомплектованию возвращающихся с фронта партизанских отрядов, организации отправки отрядов в тыл противника, по разработке для отрядов боевых заданий и осуществлению повседневного руководства их боевой деятельностью", и под пунктом 3 - создание при штабе группы учета и информации из 3-х человек, в состав которой был введен ст. оперуполномоченного 4-го отдела Управления Сазонов. На группу информации возлагалась «ежедневная обработка и систематизация материалов о боевой деятельности отрядов, подготовка сводных материалов для доклада командованию фронта» и, что было особенно необходимо, «ведение строжайшего учета движения личного состава отрядов и результатов их боевой деятельности, а также подготовка материалов к опубликованию в печати» .

В связи с острой необходимостью развертывания в соответствии с «Планом» разведывательной работы по немецкому тылу оперативная группа Хорсуна при отсутствии подготовленных разведчиков и школ по их подготовке, поначалу в немецкий тыл направляла оперативных работников и одновременно занялась поиском смельчаков из числа подростков и юношей допризывного возраста, а также лиц, имевших по разным причинам отсрочки от призыва в Красную Армию, которые могли быть использованы в качестве разведчиков. Их подбор проводился также среди партизан, прибывавших из немецкого тыла в составе партизанских отрядов на отдых и переформирование.

Уже в октябре 1941-го года был создан костяк разведчиков, что позволило направлять их в немецкий тыл не только в одиночном порядке, но и формировать из них группы с заданиями многопланового характера, что обеспечивало систематическое поступление командованию Ленинградского и Северо – Западного фронтов важной разведывательной информации об обстановке в немецкой прифронтовой полосе. Ленинградским Управлением ежедневно в Областной комитет ВКП (б) и командованию Ленинградского фронта направлялось по 5 – 6 спецсообщений о состоянии ближнего тыла противника и его динамике.

На этом этапе в задачу фронтов, включая Карельский, входило воспрепятствование дальнейшему продвижению противника к востоку от реки Волхов в направлении города Волхова и соединению его с финскими войсками, что привело бы к полной изоляции Ленинграда от страны. Эта задача была возложена, прежде всего, на 52-ю, 54-ю и 4-ю армии, которым после 16 октября 1941 года пришлось вести тяжелые оборонительные бои за Тихвин, Кириши и Волхов, где размещался штаб 54-ой армии. Реальную помощь войскам оказывали партизанские отряды, численность которых резко возросла с прибытием в регион Макарова М.П. и Бумагина Г.Х.

Вместе с армейским командованием ими были взяты на учет все местные партизанские отряды и распределены по зонам диверсионной деятельности. В срочном порядке проводилось доукомплектование и вооружение личного состава 11 партизанских отрядов (среди них Ленинградский отряд НКВД Шварца), вернувшихся в наш тыл на отдых. К 15 октября все они были выведены в полосу фронта немецких войск для ведения боевых и диверсионных действий. Было принято согласованное решение, подкрепленное распоряжением члена Военного совета 54-ой армии Бумагина Г.Х., о сведении 9-ти местных и одного из Сестрорецка партизанских отрядов в батальон с целью кратковременных выходов отдельных отрядов батальона в тыл противника и охраны тылового рубежа обороны регулярных частей. Девять партизанских отрядов, в том числе Ленинградский отряд НКВД Лебедева, отправлены в 54-ю армию для использования по усмотрению командования.

На Тихвинском участке фронта в конце октября был создан сводный батальон из 8-ми партизанских отрядов, в состав которого вошли три Новгородских, Красногвардейский (сформирован в июле сотрудником УНКВД ЛО Копыловым А.М.), Василеостровский, Всеволожский, Приморский и Чудовский отряды.
Перед батальоном были поставлены две задачи:

1. До прихода частей Красной Армии занять оборону в районе деревни Верхнее Заозерье и связаться с группами отдельных отрядов, высланных командованием в другие пункты, намеченные для обороны.
2. Мелкими группами по указанию командования 4-ой гвардейской стрелковой дивизии производить разведку, а также совершать диверсии в тылу противника.

28 октября отряды, прибыв в Верхнее Заозерье, приступили к выполнению задания командования, действуя в полосе Будогощь – Тихвин.
Несмотря на то, что для отражения наступательных действий противника наряду с соединениями армий были привлечены партизанские формирования и истребительные батальоны, соотношение сил было явно на стороне немцев.

Основная ударная группировка 16 немецкой армии 20 октября форсировала реку Волхов в районе Грузино и Волхова Моста и прорвала фронт войск 52-ой армии. Противник двинулся на северо – восток по направлению Грузино – Будогощь – Тихвин. 24 октября немцы заняли Будогощь – узел железных дорог на Мгу, Тихвин, Сонково.

Вторая группировка 16-ой немецкой армии, форсировав реку Волхов у Грузино, стала продвигаться по восточному берегу реки в направлении Кириши – Волхов, преодолевая оборону частей 4-ой отдельной армии, которая прикрывала направление на Тихвин. Ее фронт протяженностью 60 километров начинался от болота Малуксинский Мох и заканчивался возле устья реки Пчевжи. Левофланговые силы 4-ой армии не смогли сдержать противника и стали отступать на север к городу Кириши, который был занят немецкими войсками 19-го октября.

Третья мощная немецкая группировка 16 армии двинулась вдоль Октябрьской магистрали по направлению к Бологому, намереваясь обезопасить правый фланг наступающих на Тихвин соединений, а в случае успеха соединиться с войсками левого крыла группы армий «Центр» и взять в окружение войска Северо – Западного фронта. Продвигаясь, группировка 22 октября заняла Большую Вишеру, 27-го – Малую Вишеру. Южнее ее, на рубеже реки Малая Вишера она была остановлена нашими войсками.

В этой ситуации по указанию Ставки 26 - 27 октября из состава 54-ой армии Ленинградским фронтом в район Тихвина были переброшены четыре соединения. Кроме этого, Ставка, несмотря на критичность положения под Москвой, направила в район Тихвина из своих резервов два соединения, а также из Сибири 65-ю стрелковую дивизию под командованием полковника, будущего маршала Кошевого П.К.

Имея почти двукратный перевес в живой силе и технике, немецкое командование было решительно настроено на захват Тихвина, чтобы затем двинуться на север к Лодейному Полю на соединение с финскими войсками, а также на восток к Вологде и Рыбинску, - конечным целям кампании 1941 года для левого крыла немецких армий. Намереваясь решить эту задачу, командование группы армий «Север» отказалось от наступления в направлении Бологое и перебросило свою группировку на Тихвинское направление.

При подготовке наступательных операций по Тихвину и Волхову немецкое командование в целях получения разведывательной информации по нашим оборонительным порядкам и коммуникациям активно использовала подготовленные еще в 1939 году разведывательные группы из лиц, владевших русским языком.

Из состава одной из них аппаратом Макарова М.П. 6-го ноября 1941 года на окраине Тихвина был арестован немецкий разведчик Ураган Ганс, 1902 года рождения. Он показал, что 1 ноября 1941 года их группу на автомашинах доставили к линии фронта в деревню Заречье, наполовину занятую немцами, и 5 ноября все 24 разведчика с заданием проникнуть в наш тыл и собрать всеобъемлющую информацию были выведены на маршруты: половина разведчиков в сторону Тихвина, другая - в сторону Волхова.

Ураган попал в команду Тихвинского направления. На передовой нашей обороны он должен был установить воинские части по родам войск, их перемещение, состояние боеготовности. Следуя в сторону Тихвина, ему надлежало фиксировать все встречающиеся дороги, прежде всего, те, которые могут быть использованы для передвижения воинских частей и военной техники.

С собранными данными участники группы должны были вернуться не позднее 7-го ноября, так как этими данными намечалось снабдить роту немецких парашютных десантов перед их заброской в районы боевых действий Тихвина и Волхова. Парашютисты при войсковом наступлении на Тихвин наряду с диверсионными действиями должны были подавать световые сигналы авиации для нанесения ударов с воздуха.

Полученная от Урагана информация об ориентировочных сроках нападения немецкой группировки на Тихвин была передана нашему военному командованию.
Однако советским войскам, оборонявшим Тихвин, не удалось сдержать немецкое наступление, и 8-го ноября город был сдан. В других секторах военных действий наши войска к 25 ноября заставили немецкие соединения перейти к обороне. Не сумев взять город Волхов, противник сделал попытку пробиться к Ладожскому озеру левее Волхова, на направлении Шум – Войбокало, однако был остановлен в 17-ти километрах до берега бухты Шлиссельбург и в 6-ти километрах от Волхова и непосредственно у станции Войбокало.

Основная группировка 16 немецкой армии, продвинувшаяся восточнее и севернее Тихвина, также была остановлена частями 4-ой отдельной армии, усиленной тремя дивизиями Ленинградского фронта и присланными к 18 ноября из резерва Ставки двумя стрелковыми и одной танковой дивизиями, частью сил 7-ой армии Карельского фронта.

Падение Тихвина и возможное занятие Волхова и Новой Ладоги создавали чрезвычайно опасную ситуацию для Ленинграда и Ленинградского фронта, поскольку разрывали последний реальный путь завоза в Ленинград продовольствия, боеприпасов, вооружения из центральных районов страны по железной дороге Вологда – Тихвин – Волхов с выходом на Ладогу.

20 ноября в Ленинграде норма суточной выдачи хлеба по карточкам для детей, иждивенцев и служащих была сокращена до самого низкого за период блокады города уровня – для детей и иждивенцев - до 125 граммов, для рабочих – до 250 граммов. На передовой Ленинградского фронта войска стали получать только по 500 граммов хлеба в сутки на одного бойца.

Сложившаяся почти катастрофическая ситуация требовала принятия срочных мер для снятия напряженности на Тихвинско – Волховском театре военных действий. Надо было освободить Тихвин, а затем путем форсирования реки Волхов - ее восточный берег.

В связи с намеченной операцией по освобождению Тихвина Макаровым М.П. и Хорсуном С.Т. вместе с командованием 4-ой армии был разработан план - задание по получению исчерпывающих данных о численности живой силы и технической оснащенности немецкого гарнизона в Тихвине. Было решено привлечь к его выполнению, как наиболее подготовленных, двух разведчиц, подруг Болотину Полину Ивановну, 1918 года рождения и Бузник Антонину Александровну, 1915 года рождения. Обе уроженки Новгородского района. С началом оккупации Ленинградской области они вошли в состав 3 – го Новгородского партизанского отряда. Уже тогда выполняли разведывательные задания. Проявляли смелость и находчивость, чем обратили на себя внимание 4 – го отдела УНКВД ЛО. 16 октября 1941 года они были отозваны в распоряжение группы Хорсуна, прошли специальную подготовку, совершили ряд ходок в немецкий тыл, возвращались с информацией, высоко оценивавшейся командованием наших армий.

В Тихвин разведчицы, одетые в зимнюю крестьянскую одежду, были выведены ранним утром 12 ноября 1941 года на участке линии обороны 4-ой армии, следуя маршрутом от деревни Рыбешки по шоссе в сторону поселка Фишева гора. В восьмом часу утра они вошли в Тихвин и начали сбор разведывательной информации. В своем многостраничном отчете о двухдневном пребывании в Тихвине они подробно изложили композицию размещения немецких войск и техники в городе с привязкой к улицам и каждому дому, что дало возможность командованию 4-ой армии в сочетании с разведывательной информацией других источников составить реальную картину имеющихся у немцев сил.

Тихвинская операция началась с того, что 12-го ноября 1941 года перешла в наступление на Малую Вишеру 52 армия, которая 20 ноября выбила противника из города. После возникшей паузы 16 декабря наши войска взяли сначала Большую Вишеру, а затем станцию Гряды. Но окружить части противника, разгромить его, как это предписывалось директивой Ставки, войскам 52 армии не удалось.

Примечательно, что большой вклад в освобождение Большой Вишеры внесли два Маловишерских партизанских полка, которые по заданию штаба 52-ой армии вышли в тыл противника на участке Большой Вишеры, окружили группировку немецких войск, разгромили ее и вместе с нашими войсками вошли в Большую Вишеру.

19 ноября повели наступление на Тихвин реорганизованные соединения 4-й отдельной армии под командованием генерала армии Мерецкова К.А. После продолжительных боев 9 декабря Тихвин был штурмом освобожден. Разведчицы Болотина Полина Ивановна и Бузник Антонина Александровна за участие в операции по Тихвину были награждены орденами Красного Знамени.

3-го декабря перешла в наступление из района Шум – Войбокало ударная группировка 54-й армии Ленинградского фронта. В разгар этой операции Ставка ВГК СССР приняла решение, подкрепленное директивой № 005581 от 11 декабря об образовании с 17 декабря Волховского фронта, назначив его командующим генерала армии К.А. Мерецкова, до этого командовавшего войсками 7-ой армии. В состав Волховского фронта вошли 4-я, 59-я, 26-я и 52-я армии. 54-я армия осталась за Ленинградским фронтом.

23 декабря соединения 4-й армии, выйдя к реке Волхов, форсировали ее, захватили плацдармы южнее города Кириши на участках Лезно – Водосье и у впадении в Волхов реки Тигода. Войска 52-й армии также преодолели реку Волхов и захватили плацдарм севернее Грузино, на участке Дмитровка – Водосье, перерезав железную дорогу Кириши – Чудово.

Соединения 54-й армии к 29-му декабря вернули себе позиции, которые они занимали до 16-го октября, то есть вышли на линию железной дороги Мга – Кириши. Однако взять Кириши не удалось.

Освобождение Тихвина и участка железной дороги Тихвин – Волхов позволило с 24-го января 1942 года после открытия 1-го января 1942 года сквозного железнодорожного движения поездов на линии Тихвин – Волхов – Войбокало существенно увеличить норму выдачи хлеба, доведя ее для детей и иждивенцев до 250-ти граммов, служащих до 300 граммов, рабочих до 400 граммов.

Итоги Тихвинской оборонительно - наступательной операции Красной Армии, решавшей быть или не быть Ленинграду, имели чекистское составляющее, которое обеспечили Тихвинский аппарат Управления НКВД ЛО, возглавлявшийся майором госбезопасности Макаровым Михаилом Петровичем, и оперативная группа 4 отдела Управления НКВД ЛО, руководимая заместителем начальника отдела Хорсуном С.Т.
Таким был 1-й этап битвы за Ленинград, который, благодаря неимоверным усилиям трёх структур, удалось отстоять.

e-max.it, posizionamento sui motori

Случайное изображение - ВИДЫ ПЕТЕРБУРГА

zimniy_pavlovsk.jpg